ФЭНДОМ


Файл:Sortie de l'opéra en l'an 2000-2.jpg
Portal
В Википедии есть портал
«Фантастика»
Portal
В Википедии есть портал
«Научная фантастика»

Научная фантастика (НФ) — жанр в литературе, кино и других видах искусства, одна из разновидностей фантастики. Научная фантастика основывается на фантастических допущениях в области науки и техники, в том числе как естественных, так и гуманитарных наук[1]. Произведения, основанные на ненаучных допущениях, относятся к другим жанрам (см., например, Фэнтези). Темы научно-фантастических произведений — новые открытия, изобретения, неизвестные науке факты, исследования космоса и путешествия во времени. Действие научной фантастики часто происходит в будущем, что роднит этот жанр с футурологией.

Терминология

Шаблон:Sect-stub Автором термина «научно-фантастическая» является, вероятно, Яков Перельман, который в 1914 году написал и опубликовал дополнительную главу «Завтрак в невесомой кухне» к роману Жюля Верна «Из пушки на Луну», которой дал термин «научно-фантастическая». До этого похожий термин — «фантастически научные путешествия» — в отношении Уэллса и других авторов употребил Александр Куприн в своей статье «Редиард Киплинг» (1908).[2]

В 1970 году W. Atheling писал: «Уэллс изначально использовал этотШаблон:Какой термин для обозначения того, что мы сегодня назвали бы научной фантастикой, в которой основанием для повествования выступает сознательное стремление опираться на уже известные (в момент написания) факты, и уж если в повествовании также встречалось некое чудо, то по крайней мере речь не должна была идти о целом арсенале чудес»[3].

Определение научной фантастики

Существует много споров среди критиков и литературоведов о том, что считать научной фантастикой. Тем не менее, большинство из них сходится на том, что научной фантастикой является литература, основанная на неком допущении в области науки: появлении нового изобретения, открытии новых законов природы, построении новых моделей общества.

Зачастую действие НФ происходит в далеком будущем, что роднит НФ с футурологией, наукой прогнозирования мира будущего. Многие НФ-писатели посвящают своё творчество литературной футурологии, попыткам угадать и описать реальное будущее Земли, как это делали Артур Кларк, Станислав Лем и др. Другие писатели пользуются будущим лишь как сеттингом, позволяющим полнее раскрыть идею их произведения.

Однако фантастика о будущем и научная фантастика не совсем одно и то же. Действие многих научно-фантастических произведений происходит в условном настоящем («Великий Гусляр» К. Булычёва, большинство книг Ж. Верна, рассказы Г. Уэллса, Р. Брэдбери) или даже прошлом (книги о путешествиях во времени). В то же время, в будущее иногда помещают действие произведений, не связанных с научной фантастикой. Например, действие многих произведений фэнтези происходит на Земле, изменившейся после ядерной войны («Шаннара» Т. Брукса, «Пробуждение каменного бога» Ф. Х. Фармера, «Сос-верёвка» П. Энтони). Поэтому более надежный критерий — не время действия, а область фантастического допущения.

Г. Л. Олди условно делят научно-фантастические допущения на естественно-научные и гуманитарно-научные. К первым относится введение в произведение новых изобретений и законов природы, что характерно для твёрдой НФ. Ко вторым относится введение допущений в области социологии, истории, психологии, этики, религии и даже филологии. Таким образом создаются произведения социальной фантастики, утопии и антиутопии. При этом в одном произведении может сочетаться несколько видов допущений одновременно[1].

Сергей Снегов в 1992 году в предисловии к своей книге «Люди как боги» писал: «Раз фантастика, значит, нечто выдуманное, нечто отличное от реальной действительности. А раз научная, то, стало быть, в чём-то соответствует законам развития и познания мира, выражает какую-то реальность природы и человека — хоть и выдуманное, но правдивое зеркало глубинной человеческой сущности».

Как пишет в своей статье Мария Галина, «Традиционно считается, что научная фантастика (НФ) — это литература, сюжет которой разворачивается вокруг какой-то пусть фантастической, но всё-таки научной идеи. Точнее будет сказать, что в научной фантастике изначально заданная картина мира логична и внутренне непротиворечива. Сюжет в НФ обычно строится на одном или нескольких как бы научных допущениях (возможна машина времени, передвижение в космосе быстрее света, „надпространственные тоннели“, телепатия и прочее)»[4].

История фантастики

Появление фантастики было вызвано промышленной революцией в XIX веке. С приобретением популярности фантастику стали разделять на научную и развлекательную, в которой фантастический антураж использовался для освежения старых сюжетов. Первоначально научная фантастика была жанром литературы, описывающим достижения науки и техники, перспективы их развития и т. д. Часто описывался (как правило, в виде утопии мир будущего. Классическим примером такого типа фантастики являются произведения Жюля Верна.

Поздне́е развитие техники стало рассматриваться в негативном свете и привело к появлению антиутопии. А в 1980-е годы начал набирать популярность её поджанр киберпанк. В нём высокие технологии соседствуют с тотальным социальным контролем и властью всемогущих корпораций. В произведениях этого жанра основой сюжета выступает жизнь маргинальных борцов с олигархическим режимом, как правило, в условиях тотальной кибернетизации общества и социального упадка. Известные примеры: «Нейромант» Уильяма Гибсона.

Фантастика в Советском Союзе

В 1934 году во время всесоюзного съезда писателей известный детский писатель Самуил Яковлевич Маршак фактически раздавил своим авторитетом зарождающуюся советскую фантастику, полностью загнав её в прокрустово ложе детской литературы, определённое им самим лично[5]Шаблон:Нейтральность?.

Тем не менее в Советском Союзе были авторы-фантасты: Иван Ефремов, братья Стругацкие, Александр Беляев, Кир Булычёв и другие. В детских издательствах они публиковали зачастую далеко не детские (или не только детские) книги, нередко имея проблемы с разрешением на публикацию и цензурой. Рассказы было опубликовать легче, чем большие произведения. Существовали семинары молодых фантастов, кружки, выходили альманахи с рассказами начинающих авторов. Многие произведения выдающихся советских фантастов относятся к социальной фантастике. Шаблон:Section-stub

Разновидности научной фантастики

Основная статья: Жанры фантастики

Научная фантастика за свою историю развилась и разрослась, породила новые направления и поглотила элементы более старых жанров, таких как утопия и альтернативная история. Научная фантастика делится, в основном, по области допущения: открытия и изобретения, ход истории, организация общества, путешествие во времени и др. Разумеется, деление на направления достаточно условно, так как одно и то же произведение может сочетать элементы сразу нескольких видов фантастики.

Файл:'From the Earth to the Moon' by Henri de Montaut 39.jpg

Твёрдая НФ

Старейший и первоначальный жанр научной фантастики. Его особенностью является жёсткое следование известным на момент написания произведения научным законам[6]. В основе произведений твёрдой НФ лежит естественнонаучное допущение: например, научное открытие, изобретение, новинка науки или техники[3]. До появления других видов НФ её называли просто «научной фантастикой». Термин hard science fiction впервые был использован в литературной рецензии P. Schuyler Miller, опубликованной в феврале 1957 года в журнале «Astounding Science Fiction».

Классикой твёрдой НФ называют некоторые книги Жюля Верна (20 000 лье под водой, Робур-завоеватель, С Земли на Луну) и Артура Конана Дойля (Затерянный мир, Отравленный пояс, Маракотова бездна), работы Герберта Уэллса, Александра Беляева. Константин Циолковский, помимо своих научных работ, написал несколько научно-фантастических произведений: «На Луне» (1893) и «Вне Земли» (1918), а также участвовал в качестве консультанта при съёмках научно-фантастического фильма.

Отличительной особенностью этих книг была детальная научно-техническая база, а в основе сюжета лежало, как правило, новое открытие или изобретение. Авторы твёрдой НФ совершили немало «предсказаний», правильно угадав дальнейшее развитие науки и техники. Так, Верн описывает вертолёт в романе «Робур-завоеватель», самолёт во «Властелине мира», космический полёт в «С Земли на Луну» и «Вокруг Луны». Уэллс предсказал видеосвязь, центральное отопление, лазер, атомное оружие[7][8] Беляев в 1920-е годы описал космическую станцию, радиоуправляемую технику.

Твёрдая НФ была особенно развита в СССР, где остальные жанры фантастики не приветствовались цензурой. Особо распространена была «фантастика ближнего прицела», рассказывающая о событиях предполагаемого недалекого будущего — в первую очередь, колонизации планет Солнечной системы. К наиболее известным образцам фантастики «ближнего прицела» относятся книги Г. Гуревича, Г. Мартынова, А. Казанцева, ранние книги братьев Стругацких («Страна багровых туч», «Стажёры»). Их книги рассказывали о героических экспедициях космонавтов на Луну, Венеру, Марс, в пояс астероидов. В этих книгах техническая достоверность в описании космических полётов сочеталась с романтическим вымыслом об устройстве соседних планет — тогда еще сохранялась надежда найти на них жизнь.

Хотя основные произведения твёрдой НФ были написаны в XIX и первой половине XX в., многие авторы обращались к этому жанру и во второй половине XX в. Например, Артур Кларк в своей серии книг «Космическая одиссея» опирался на строго научный подход и описал развитие космонавтики, очень близкое к реальному. В последние годы, по мнению Эдуарда Геворкяна, жанр переживает «второе дыхание»[9]. Примером, чему может служить учённый-астрофизик Аластер Рейнольдс, который удачно сочетает твёрдую научную фантастику с космооперой и киберпанком (так, например, все космические корабли у него досветовые).

Социальная фантастика

Произведения в которых фантастическим элементом является другое строение социума, полностью отличное от реально существующего, или являющееся доведением его до крайностей. Шаблон:Sect-stub

Хронофантастика

Хронофантастика, темпоральная фантастика, или хроноопера — жанр, рассказывающий о путешествиях во времени[10]. Ключевым произведением этого поджанра считается «Машина Времени» Уэллса. Хотя о путешествиях во времени писали и раньше (например, «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» Марка Твена), именно в «Машине Времени» перемещение во времени впервые было намеренным и научно обоснованным, и таким образом этот сюжетный ход был введён конкретно в научную фантастику[10].

В XX веке идея путешествия во времени, и даже туризма, получила развитие. Фантасты посвятили много произведений анализу временных парадоксов, которые могут быть вызваны путешествием в прошлое или возвращением из будущего в настоящее. Эта тема, например, поднимается в знаменитом рассказе Рэя Брэдбери «И грянул гром»[11]. Кир Булычёв использовал путешествие во времени в десятках своих книг, в том числе в цикле об Алисе.

Хронофантастика часто соединяется с альтернативной историей, Один из самых популярных сюжетов в хронофантастике — герой из настоящего, попавший в прошлое, изменяет ход истории. «Янки…» Твена послужил источником вдохновения для множества подобных книг[11]. Самые известные «попаданческие» произведения — Леон Спрэг де Камп «Да не опустится тьма», Гарри Гаррисон «Восстание во времени», Пол Андерсон «Три сердца и три льва». Также часто встречаются книги о параллельных мирах, образовавшихся из-за различного развития во времени, и людях, путешествующих между ними или даже контролирующих их развитие[11]. Такая идея лежит в основе «Патруля времени» Андерсона, «Перекрёстков времени» Андре Нортон, «Конца вечности» Азимова, «Черновика» Лукьяненко, телесериала «Доктор Кто»[10].

Из-за злоупотребления этими приемами в развлекательной фантастике, жанр получил также прозвище «хроноопера» (по аналогии с космооперой, см. ниже). Заезженная тема обрела второе дыхание в пародиях и иронической фантастике. Классические примеры — кинотрилогия «Назад в будущее», фильм «Иван Васильевич меняет профессию», фрагмент трилогии Стругацких «Понедельник начинается в субботу».

Альтернативно-историческая

Произведения в которых развивается идея того, что в прошлом произошло или не произошло какое-либо событие, и что могло бы из этого выйти.

Первые образцы такого рода допущений встречаются ещё задолго до появления научной фантастики. Далеко не все они представляли собой художественные произведения — иногда это были серьёзные труды историков. Например, историк Тит Ливий рассуждал, что было бы, пойди Александр Македонский войной на его родной Рим[12]. Знаменитый историк сэр Арнольд Тойнби также посвятил Македонскому несколько своих эссе: что было бы, если бы Александр прожил дольше, и наоборот, если бы его не было вообще. Сэр Джон Сквайр выпустил целую книгу исторических эссе, под общим заглавием «Если бы всё вышло не так».

Файл:Man In The High Castle map.PNG

В XIX веке к альтернативной истории стали прибегать авторы патриотических утопий, чтобы «переписать историю» в свою пользу. Француз Луи Жоффруа описал мир, в котором Наполеон победил всех своих противников, англичанин Натаниэль Хоуторн «оставил в живых» своих соотечественников Байрона и Китса, американец Кастелло Холфорд придумал американскую утопию, в которой колонисты находят золото на побережье Вирджинии. Как и многое другое, альтернативную историю в научную фантастику ввёл Герберт Уэллс. В своей книге «Люди как боги» Уэллс соединил хронофантастику, альтернативную историю и патриотическую утопию: он ввёл идею множества параллельных миров, ветвящихся от ключевых точек в истории и развивающихся каждый сам по себе. В одном из них обнаруживается утопическая, процветающая Англия.

Самые популярные «ключевые точки» в альтернативной истории — это величайшие битвы и войны. Особенно часто описывается победа Германии во Второй Мировой войне — как правило, в виде антиутопии-предупреждения (Филип К. Дик — «Человек в высоком замке», многие книги Гарри Тёртлдава, и др.)[13][14]. Часто «переписывают» итоги гражданской войны в США (особенно Гёттисбергской битвы), революции и гражданской войны в России, битвы при Гастингсе, Наполеоновских войн. При этом многие авторы в угоду патриотическим настроениям переписывают историю «в свою пользу». Отмечают, что в нынешней российской фантастике публикуется множество альтернативных историй и хроноопер, где история России переписана в патриотическом духе, в соответствии с убеждениями автора (например, монархическими или социалистическими)[15][16].

Отдельно стоит отметить такие виды альтернативной истории, как альтернативная география и криптоистория. Альтернативная география исходит из допущения, что география Земли отличается от известной нам, и с этим связаны перемены в истории. Классический образец — роман В. Аксёнова «Остров Крым»: в нём Крым оказывается островом, Фрунзе не может штурмовать Перекоп и барон Врангель создаёт в Крыму независимое государство. Криптоистория же «изменяет» не настоящее и будущее, а прошлое. Она основана на допущении, что реальная история отличается от известной нам, но была забыта, скрыта или сфальсифицирована[17]. Андрей Валентинов является автором ряда таких книг, например в его цикле «Око силы» за всеми значимыми событиями в истории Земли стоят инопланетные «кукловоды».

Альтернативная история давно вышла за пределы литературы. В кинематографе альтернативную историю представляют, например, мультсериал Zipang, псевдо-документальные фильмы «Первые на Луне» (криптоистория), «КША: Конфедеративные Штаты Америки». Компьютерные игры Red Alert, TimeShift, Resistance: Fall of Man, World in Conflict основаны на альтернативной истории Холодной войны, по сюжету переросшей в настоящую войну между Россией и США.

Апокалиптическая и постапокалиптическая фантастика

Тесно связанные жанры, действие произведений в которых происходит во время или вскоре после катастрофы планетарного масштаба (столкновения с метеоритом, ядерной войны, экологической катастрофы, эпидемии).

Одним из первых образцов современного постапокалипсиса был роман Мэри Шелли «Последний человек», в котором человечество гибнет от страшной эпидемии. Джек Лондон написал роман «Алая чума» на ту же тему.

Однако настоящий размах постапокалиптика получила в эпоху Холодной войны, когда над человечеством нависла реальная угроза ядерного холокоста. В этот период создаются такие произведения, как «Песнь о Лейбовице» В. Миллера, «Dr. Bloodmoney» Ф. Дика, «Ужин во Дворце Извращений» Тима Пауэрса, «Пикник на обочине» Стругацких[18]. Произведения в этом жанре продолжают создаваться и после окончания Холодной войны (например, «Метро 2033» Д. Глуховского).

Постапокалипсис особенно популярен в кино («Сталкер» А. Тарковского, серии фильмов «Безумный Макс» и «Планета обезьян»), компьютерных играх (Fallout, Half-Life, S.T.A.L.K.E.R.), комиксах. В этих произведениях рисуется человечество, отброшенное катастрофой назад в развитии, вынужденное выживать в условиях высокой радиации, борьбы с мутантами, нехватки продовольствия и энергии. В книге П. Буля «Планета обезьян» и её экранизациях показана Земля, на которой обезьяны развились в новый разумный вид и вытеснили людей.

Постапокалипсис и антиутопия часто пересекаются. Так, в «451 градусе по Фаренгейту» Брэдбери происходит атомная война. Во многих книгах и фильмах в жанре антиутопии тоталитарное общество складывается в результате какой-либо катастрофы. Часты пересечения и с альтернативной историей: в серии Гарри Тертлдава «Мировая война», ядерное оружие применяется уже в 1943 году. В повести «День триффидов» Дж. Уиндем соединил литературу ужасов и постапокалипсис, Стивен Кинг в «Тёмной башне» — постапокалипсис и фэнтези.

Утопии и антиутопии

Файл:Lanos 20.jpg

Жанры, посвященные моделированию общественного устройства будущего. В утопиях рисуется идеальное общество, выражающее воззрения автора. В антиутопиях — полная противоположность идеалу, ужасное, обычно тоталитарное, общественное устройство.

Жанр утопии значительно старше жанра научной фантастики, и слился с ним лишь в последнее столетие. Начало жанра было положено ещё трудами античных философов, посвящённых созданию идеального государства. Название жанра происходит от одноимённого произведения Томаса Мора.

В XIX—XX веке в научной фантастике начали появляться образы будущего социального устройства Земли — как идеальные, с точки зрения авторов, так и отталкивающие, призванные предупредить несимпатичные авторам общественные тенденции. Первой научно-фантастической антиутопией называют «Когда спящий проснётся» Г. Уэллса (1897)[19][20].

Бурные события XX века, череда мировых войн и революций, установление диктатур, породили целый ряд произведений в обоих жанрах. Ключевые антиутопии XX века:

Жанр утопии в XX веке оказался менее востребован, среди немногих образцов: «Люди как боги» все того же Уэллса, «Остров» О. Хаксли. В СССР многие авторы обращались к коммунистической утопии, рисуя идеальное коммунистическое общество будущего. Таким, например, является роман И. Ефремова «Туманность Андромеды» и Стругацких «Полдень, XXII век»[21].

В кинематографе антиутопия началась с классического немого фильма 1927 года «Метрополис», в котором присутствовали все основные элементы антиутопии: технологически развитое, тоталитарное, разделенное на касты общество и борющийся за его изменение герой. Другие ключевые антиутопии: «Заводной апельсин» (по одноимённому роману Бёрджеса), «Гаттака», «Эквилибриум», «V — значит вендетта». Сложилась даже разновидность развлекательных антиутопий, в которых типичный сеттинг антиутопии служит как фон для приключений героев: «Бегство Логана», «Судья Дредд», «Эон Флакс», «Ультрафиолет». Фильмы в жанре утопии встречаются реже. К ним относят, например, экранизацию «Туманности Андромеды» и других утопий.

Космическая опера

Файл:Amazbuck.jpg

«Космической оперой» окрестили развлекательную приключенческую НФ, публиковавшуюся в популярных в 1920-50-х в США pulp-журналах. Название было дано в 1940 г. Уилсоном Такером и, поначалу, было презрительным эпитетом (по аналогии с «мыльной оперой»). Однако со временем термин прижился и перестал носить негативный оттенок.

Действие «космоопер» происходит в космосе и на других планетах, обычно в условном «будущем». В основе сюжета лежат приключения героев, а масштабы происходящих событий ограничены лишь фантазией авторов. Изначально произведения этого жанра были чисто развлекательными, но впоследствии приёмы «космической оперы» вошли и в арсенал авторов художественно значительной фантастики.

Классиками космооперы были: Эдгар Берроуз с циклом о приключениях Джона Картера на Марсе, Эдмонд Гамильтон («Звёздные короли», «Звёздный волк»)[23], Мюррей Лейнстер[24], Э. Э. «Док» Смит («Ленсмены»). Они публиковались в знаменитых pulp-журналах Weird Tales, Amazing Stories, Wonder Stories, Astounding Science Fiction. Тогда же появились первые многоавторские сериалы книг и комиксов — «Бак Роджерс», «Флэш Гордон» и др.

К 1950-м из-за высокой коммерциализации и штамповости в жанре космооперы наступил кризис, его популярность упала. Возродить её сумел кинематограф, в первую очередь серией фильмов «Звёздные войны», а также телесериалами «Звёздный путь» и «Боевой крейсер „Галактика“»[25]. В жанре космической оперы прославились такие фантасты, как Андре Нортон («Королева солнца»), Гарри Гаррисон («Стальная крыса»), Лоис Макмастер Буджолд («Барраяр»). Особо популярная категория космооперы — «военная» фантастика, посвящённая крупномасштабным войнам цивилизаций в космосе, а иногда и политическим интригам. Характерные образцы — «Звёздный десант» Р. Хайнлайна, «Игра Эндера» О. С. Карда, «Хонор Харрингтон» Д. Вэббера, «Завтра — война!» А. Зорича, а также телесериалы «Вавилон-5», «Макросс», компьютерные игры Starcraft, Master of Orion, игры по вселенной Star Wars.

Хотя космическая опера в целом считается развлекательным жанром, её приемы используются и авторами более «серьёзных» направлений НФ. Так, социальную фантастику с космооперой сочетают «Дюна» Ф. Херберта, «Обитаемый остров » Стругацких, «Звёздный десант» Р. Хайнлайна, «Гиперион» Д. Симмонса. А Брюс Стерлинг ещё при основании киберпанка сочетал его с космооперой. Причём эта тенденция отхода от традиционного «романа меча и звездолёта» в сторону «космопанка», получила дальнейшее развитие в XXI веке — сейчас подобное сочетание помимо Брюса Стерлинга, характерно также и для творчества Юкито Кисиро, Аластера Рейнольдса и Андрея Ливадного.

Киберпанк

Жанр, рассматривающий эволюцию общества под воздействием новых технологий, особое место среди которых уделено телекоммуникационным, компьютерным, биологическим, и, не в последнюю очередь, социальным. Фоном в произведениях жанра нередко выступают киборги, андроиды, суперкомпьютер, служащие технократичным, коррумпированным и аморальным органазациям/режимам. Название «киберпанк» придумал писатель Брюс Бетке, а литературный критик Гарднер Дозуа подхватил его и стал использовать как название нового жанра. Он кратко и ёмко определил киберпанк как «Высокие технологии и жалкая жизнь» («High tech, low life»)[26].

Классиками и отцами-основателями киберпанка называют Уильяма ГибсонаНейромант», 1984) и Брюса СтерлингаСхизматрица», 1985)[27], а также Филипа К. Дика, который в некоторых своих книгах — «Мечтают ли андроиды об электроовцах?», «Из глубин памяти», и других — предвосхитил киберпанк ещё в 1960-70-е[28]. К первой волне киберпанка относятся также Пэт Кадиган, Руди Рюкер и Джон Ширли.

Файл:AC89-0437-20 a.jpeg

В 90-е жанр разросся и приобрел популярность. В это время появились молодые авторы, такие как Тэд Уильямс (цикл «Иноземье»), Пол ди ФилиппоРибофанк»), Нил Стивенсон. Однако реальное развитие высоких технологий уже начало обгонять фантазию авторов, поэтому киберпанк в его изначальном виде постепенно растворился в стилевых экспериментах и смешениях с другими жанрами. Эту тенденцию называют пост-киберпанк, он делится на два крупных потока: нанопанк и биопанк. Некоторые относят к пост-киберпанку так же и стимпанк.

Киберпанк широко[26] представлен в кинематографе, хотя многие картины балансируют на грани киберпанка и других видов фантастики. Это, например, многочисленные экранизации книг Ф. К. Дика: «Бегущий по лезвию», «Вспомнить всё»[29][30], «Особое мнение»[31]. «Джонни-мнемоник» является экранизацией одноименной книги Гибсона, а «Газонокосильщик» можно назвать неавторизованной экранизацией романа Дэниела Киза «Цветы для Элджернона», перенесённой в жанр киберпанка. А также вспомнить фильм Нирвана. Однако наиболее успешным кинопроизведением в этом жанре остается трилогия «Матрица» братьев Вачовски[32]. В ней вводится принципиально новый для киберпанка сюжетный ход: вся жизнь в XXI веке на самом деле виртуальная реальность, продукт иллюзий для нашего мозга. В мультипликации создан целый ряд фильмов и телесериалов в жанре киберпанк, в основном в Японии : «Призрак в доспехах», «Эрго Прокси» и др.

Киберпанк часто пересекается с другими видами НФ, особенно с антиутопией. Почти в любом произведении киберпанка есть оттенок капиталистической антиутопии: продажные СМИ, всесильные корпорации, тотальный контроль. Это особенно характерно для книг Ф. К. Дика и их экранизаций. Пост-апокалипсис сочетается с киберпанком в фильмах «Искусственный разум», «Эрго Прокси», «Сны Оружия». Кроме того, стимпанк зародился из киберпанка: первое произведение в этом жанре, «Машина различий» Гибсона и Стерлинга, относится к обоим жанрам.

Стимпанк

Жанр, созданный с одной стороны в подражание таким классикам фантастики как Жюль Верн и Альбер Робида, а с другой являющийся разновидностью пост-киберпанка. Иногда из него отдельно выделяют дизельпанк, соответствующий фантастике первой половине XX века. Так же может быть отнесён к альтернативной истории, так как упор делается на более удачное и совершенное развитие паровой техники вместо изобретения двигателя внутреннего сгорания. Шаблон:Sect-stub

Интересные факты

Запущенный с Земли в августе 2007 года и совершивший в мае 2008 посадку на Марс в районе его северного полюса зонд Феникс привёз на Красную планету цифровую библиотеку научной фантастики.[33]

См. также

Примечания

  1. 1,0 1,1 Г. Л. Олди. «Фантастическое допущение» — Журнал «Мир Фантастики»
  2. http://www.kuprin.org/kipling.pdf
  3. 3,0 3,1 SF citations for OED
  4. Галина М. С. Старая, новая, сверхновая… Журналы фантастики на постсоветском пространстве. «Новый мир» № 8, 2006 г.
  5. Антон Первушин «10 мифов о советской фантастике. Миф 3», журнал «Реальность Фантастики» № 1(41), январь 2007
  6. Борис Невский. Жанры. «Твердая» научная фантастика
  7. Сбывающиеся сценарии цивилизации — Независимая газета
  8. Предвидения Герберта Уэллса: 80 % предсказаний — в яблочко!
  9. Эдуард Геворкян. «Последний бастион»
  10. 10,0 10,1 10,2 Борис Невский. В лабиринте времени — журнал «Мир Фантастики».
  11. 11,0 11,1 11,2 Сергей Бережной. Прошлое как учебный полигон
  12. А что, если бы? Альтернативная история как наука — журнал «Мир Фантастики»
  13. Утопия. Третий рейх. Если бы Гитлер победил. — «Мир фантастики», № 41, — январь 2007
  14. Андрей Валентинов. Четвёртый рейх. — журнал «Реальность фантастики»
  15. Андрей Валентинов. Свисток для реваншиста
  16. Ник Перумов. С любовью к Родине
  17. Истина где-то рядом… Закоулки криптоистории — журнал «Мир Фантастики»
  18. По ком звонит колокол. Фантастический Апокалипсис
  19. Ю. Кагарлицкий. Что такое фантастика? М.: Художественная литература, 1974.
  20. Н. И. Черная. В мире мечты и предвидения. Научная фантастика, ее проблемы и художественные возможности. Киев, «Наукова думка», 1972
  21. 21,0 21,1 Утопии и Антиутопии — журнал «Мир Фантастики»
  22. Журнал Fantastica. Черное-пречерное будущее
  23. Владимир Гаков. «Звёздный король Эдмонд Гамильтон»
  24. Михаил Ахманов: «Мюррей Лейнстер»
  25. Три лика космооперы. Звездные приключения — журнал «Мир Фантастики»
  26. 26,0 26,1 Директория сознательной свободы. 10 и 1 файл про киберпанк — журнал «Мир Фантастики»
  27. Cyberpunk as a Science Fiction Genre
  28. Derek Littlewood, Peter Stockwell. Impossibility fiction: alternativity, extrapolation, speculation. Rodopi perspectives on modern literature (том 17). Rodopi, 1996. ISBN 90-420-0025-2, 9789042000254
  29. The Cyberpunk Project — Total Recall
  30. Cyberpunk Keview Total Recall
  31. Cyberpunk:Sub-Genre Spotlight by Eugie Foster
  32. Видеодром: 100 главных фантастических фильмов. Киберпанк. — журнал «Мир Фантастики»
  33. Курсор: Космический. Если, № 7 — 2008, стр. 283

Источники

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.